– La politique russe, quel est le meilleur moyen de le faire ? Il n'y a pas de problème – ce sont des stupéfiants… Mon collègue, l'opérateur Sergei, n'a pas besoin d'être utilisé par les organes.
- : уму, а у кого брал, где – не ищут? Dans tous les cas лушку, наблюдение. А когда все это делать, et он спрашивае т: "Какие у тебя сегодня показатели?" А он сам сидеть не может: от своего начальства вернулся, попа вот такая, потому что от него тоже с утра показателей потребовали…
Дело Арутюна Аразяна – histoire одного показателя.
Все в этом деле происходило очень быстро. На москвича Арутюна Аразяна показали как на возможного сбытчика в марте 2015 года. Через два дня его задержали, уже через три месяца – осудили. А после трех месяцев в СИЗО выявили туберкулез.
И участников в этой истории очень мало: сам Арутюн, его друг Саша Анохин и брат Саши – Дмитрий. Однажды у Дмитрия случилась неприятность – налетел на полицию, вероятнее всего, как раз с неким веществом. В обмен на свободу он сказал, что сдаст им настоящего продавца : Дмитрий лично слышал, как его приятель Виталик спрашивал одного парня – Арутюна Аразяна – «Не может ли он чег о достать?». А тот сказал: "Не знаю, надо спрашивать".
Plus d'informations Аразяна с поличным. И вот в конце марта Дмитрий начал названивать Арутюну с просьбой « что-нибудь доста ть». Услышав эту просьбу первый раз, Арутюн потом не брал трубку весь день. Но тогда ему начал звонить Александр, который просил его поговорить с братом. В конце концов, Арут сдался и согласился « что-нибудь найти », потому что про себя он ре шил воспользоваться случаем…
Je vais essayer de le faire au sud. «- Подсудимый, какой смысл был в том, что Вы согласились помочь Анохину?
– У меня появилась возможность приобрести амфетамин для себя и помочь ему, т.к. он целый день очень активно настаивал, после чего звонил его брат, с которым у меня др ужеские отношения.
– Если бы 25 mai 2015 г. прозвучала просьба Анохина, Вы бы совершили то преступление?
– Bien sûr!»
Дмитрий перевел Арутюну на карту 3000 рублей: тысячу на такси, две – на вещество. Арутюн поехал к некоему Павлу, добыл грамм амфетамина, по дороге сам употребил и до Дмитрия уже довез 0,83 г. При передаче вещества Аразяна задержали сотрудники полиции ОВД района Якиманка. В отделении Арутюн отрицать вину не стал и признался, что да, сам дурак, поехал, при вез, да, он всё понимает. Вещество брал у Павла, может дать телефон. Началось следствие. Арутюна обвинили в наркоторговле.
– Обвинение строилось всего на двух вещах, – говорит адвокат Арутюна Инна Бунтина. – Во-первых, на показаниях Дмитрия, что он когда-то слышал разговор Арутюна с неким Виталиком, который спросил,« может тот достать или не может ». А Аразян сказал, что «не знает, надо спрашивать». Что за Виталий? Есть ли он на самом деле? Неизвестно. Потому что более этот Виталий в материалах дела не появляется. Кроме того, Дмитрий живет в районе Кунцево. Тем не менее, заявление он написал зачем-то в ОВД « Якиманка », проехав полгорода. Понятно, что он не сам добровольно пришел, а, скорее всего, его за что-то прижали и пред ложили в обмен на свободу кого-то сдать… Сотрудники снабдили Дмитрия деньгами, и тот на чал названивать Аруту и просить «что-то ему купить» . И вот это было второе доказательство – сама закупка. Но на суде сотрудники полиции признали, что у них нет никаких доказательств того, что Аразян хоть раз в жизни до этого момента занимался продажей. Этот случай был единственный! И его спровоцировала сама полиция! Tout ce que vous voulez наркотики! И полицейские не отставали от него, пока он не дозвонился…
Но Аразян был обречен самого начала только потому, что Дмитрий назвал его имя. Суд дал Арутюну 8 лет строгого режима за наркоторговлю. Аразян астматик, он очень быстро подхватил в Бутырке туберкулез, и сейчас где-то в Мордовии глотает по 20 таблеток.
– Его осудили по статье « приготовление к преступлению и сбыт психотропного вещества в значительном размере», – говорит адвокат Инна Бунтина. – Но это был не сбыт, это было пособничество в приобретении. А есть Постановление Пленума ВС РФ 2006 г., которое действовало на тот момент. И там действия посредника в приобретении наркотических средств следует квалифициро вать как соучастие в приобретении.Ведь он не продавал свое вещество. Он на нем не заработал. Фактически, он съездил за ним как курьер. Причем, ранее он так никогда не делал. Поэтому мы просили квалифицировать его действия по статье « пособничество в приобре тении, хранение психотропного вещества без цели сбыта», un также учесть его раскаяние и чисто сердечное признание. Но мы проиграли…
Арутюн пошел как наркоторговец и пополнил статистику раскрытия особо тяжких прес туплений. А помните, там был Павел, к которому Арутюн ездил за веществом? Его даже не стали искать.
– Потому что «палочную» систему никто не отменял, – говорит адвокат. – Сбыт наркотиков реально существует. Но все, кого задерживают, это, по сути, наркоманы, которые спрашивают друг у друга : «У тебя есть? Знаешь, где взять – у меня канал закрылся». А работа оперативников по борьбе с наркотиками не меняется уже лет 20. менного века. Тут нет такого, чтобы установить слежку, поставить телефон подозреваемого на просл ушку, раскручивать всю цепочку. Потому что надо сделать очень много телодвижений. Надо написать много бумажек, пока одного настоящего сбытчика раскроешь.То ли дело с та ким вот Димой работать: "Или я тебе сейчас положу на карман, или ты сдаешь кого-то". Результат-то один – «палка»…
– Новые сотрудники, которые приходят в полицию, очень быстро это всё понимают, – сог ласен с ней Сергей, который тоже все понял, почему и ушел из органов. – Надо не работать, а «давать показатели». Поэтому высший пилотаж – сидеть весь день в кабинете и говорить, что «дозванивался». А потом добыть такого вот Арутюна…
Mot de passe : полицию в гнилую тыкву»
Дело Арутюна Аразяна комментирует Михаил Голиченко, ведущий аналитик Канадской пра вовой сети по проблемам ВИЧСПИД.
– Что касается наркотиков, полиция в России фокусируется, в основном, на низшем уровне то рговой цепочки, и это связано с несколькими причинами. Во-первых, легкость выполнения показателей по тяжким и особо тяжления м. Реформа полиции изменила систему показателей, сократив их в целом. Однако она оставила в качестве основных показатели по тяжким и особо тяжким. И суровость наказания за наркопреступления делает их в этом смысле незаменимыми: это Клондайк.
Второе - легкость раскрытия и расследования. Мелкий сбыт, совершенный потребителем наркотиков, не требует усилий. Другое дело – прекращение деятельности настоящих преступных организаций. Их надо расследовать многие месяцы, а показатель в итоге тот же. Кроме того, дело о хранении при желании легко превращается в дело о сбыте группой ли ц – было бы желание.
Еще важная вещь - особая стигма, которую государство усилило в отношении потребителей наркотиков. Благодаря ФСКН изменился фокус – с необходимости борьбы с наркоторговцами на необход имость искоренения спроса. Логика здесь такая : « ь к лечению», тем больший урон будет нанесен наркомафии». В итоге если раньше нормальному полицейскому было западло заниматься людьми с зави симостью, то теперь это вполне считается делом особой важности.
И последнее: отсутствие контроля за деятельностью полиции со стороны общественности, а двокатуры, СМИ. Даже если очевидно, что в деле был откровенный подброс, либо полицейская провокация , либо манипулирование состоянием обвиняемого (ломка) et того, кто согласился помочь» полиции в совершении провокации. Людям совершенно безразлично, как работает полиция по наркотикам. Потому что для большинства цель оправдывает средства, а наркоманов все равно за лю дей не считают.
Этот пример показывает, как так называемая « борьба с наркотиками » развращает полиц ию, превращает ее в гнилую тыкву, которая еще хороша снаружи, но совершенно черная вну три. Государство обязано работать с наркозависимыми людьми социо-медико-экономическими ме рами. Но оно с этим не справляется, et его единственный ответ : "борьба", которая делает ситуаци ю только хуже, корумпирует полицию, растит цифры по ВИЧ, гепатитам, туберкулез у, тюремному населению и смертям. Я уверен, что Россия заслуживает того, чтобы работать с проблемами наркотиков евро пейскими методами.
