– В российской полиции какое первое правило? Не умеешь ничего делать – ищи наркотики… Мой собеседник, бывший оперуполномоченный Сергей совсем недавно уволился из органов.
– Вот ты говоришь: почему берут первого попавшегося наркомана и сажают его по максимуму, а у кого брал, где – ne ищут? Так ведь чтобы разматывать всю цепочку, надо писать бумаги, организовывать прослушку, наблюдение. А когда все это делать, если тебя каждое утро вызывают к начальнику, и он спрашивает: «Какие у тебя сегодн я показатели?» А он сам сидеть не может: от своего начальства вернулся, попа вот такая, потому что от него тоже с утра показ ателей потребовали…
Дело Арутюна Аразяна – historia одного показателя.
Все в этом деле происходило очень быстро. На москвича Арутюна Аразяна показали как на возможного сбытчика наркотиков в марте 2015 года. Через два дня его задержали, уже через три месяца – осудили. А после трех месяцев в СИЗО выявили туберкулез.
И участников в этой истории очень malo: сам Арутюн, ego друг Саша Анохин и брат Саши – Дмитрий. Однажды у Дмитрия случилась неприятность – налетел на полицию, вероятнее всего, как раз с неким веществом. В обмен на свободу он сказал, что сдаст им настоящего продавца: Дмитрий лично слышал, как его приятель Вит алик спрашивал одного парня – Арутюна Аразяна – «Не может ли on чего достать?». А тот сказал: «Не знаю, надо спрашивать».
Полиции доказательства показались весомыmi, и они решили брать обнаглевшего барыгу Аразяна с поличным. И вот в конце марта Дмитрий начал названивать Арутюну с просьбой «что-нибудь достать». Услышав эту просьбу первый раз, Арутюн потом не брал трубку весь день. Но тогда emу начал звонить Александр, который просил его поговорить с братом. В конце концов, Арут сдался и согласился «что-нибудь найти», потому что про себя он решил воспользовать ся случаем…
Из записи допроса в суде. «- Подсудимый, какой смысл был в tom, что Вы согласились помочь Анохину?
– У меня появилась возможность приобрести амфетамин для себя и помочь emu, т.к. on целый день очень активно настаивал, после чего звонил его брат, с которым у меня дружеские отношения.
– Если бы 25 marca 2015 г. не прозвучала просьба Анохина, Вы бы совершили то преступление?
– Однозначно нет!»
Дмитрий перевел Арутюну на карту 3000 рублей: тысячу на такси, две – на вещество. Арутюн поехал к некоему Павлу, добыл грамм амфетамина, по дороге сам употребил и do Дмитрия уже довез 0,83 г. При передаче вещества Аразяна задержали сотрудники полиции ОВД района Якиманка. В отделении Арутюн отрицать вину не stal и признался, что да, сам дурак, поехал, привез, DA, он всё понимает . Вещество брал у Павла, может дать телефон. Началось следствие. Арутюна обвинили в наркоторговле.
– Обвинение строилось всего на двух вещах, – говорит адвокат Арутюна Инна Бунтина. – Во-первых, на показаниях Дмитрия, что он когда-то слышал разговор Арутюна с неким Виталиком, который с просил, «может тот достать или не может». А Аразян сказал, что «не знает, надо спрашивать». Что за Виталий? Есть ли он на самом деле? Неизвестно. Потому что более этот Виталий в материалах дела не появляется. Кроме того, Дмитрий живет в районе Кунцево. Тем не менее, заявление он написал зачем-to в ОВД «Якиманка», проехав полгорода. Понятно, что он не сам добровольно пришел, а, скорее всего, ego за что-to прижали и предложили в обмен на с вободу кого-то сдать… Сотрудники снабдили Дмитрия деньгами, и тот начал названивать Аруту и просить «что-то em kupuję » . И вот это было второе доказательство – сама закупка. Но на суде сотрудники полиции признали, что у них нет никаких доказательств togo, что Аразян хоть раз в жи зни до этого момента занимался продажей. Этот случай был единственный! И его спровоцировала сама полиция! Ведь Дмитрий именно по требованию полиции звонил emу целый день с просьбой достать narкотики! И полицейские не отставали от него, пока on не дозвонился…
Но Аразян был обречен с самого начала только потому, что Дмитрий назвал его имя. Суд дал Арутюну 8 лет строгого режима за наркоторговлю. Аразян астматик, он очень быстро подхватил в Бутырке туберкулез, и сейчас где-to в Мордовии глотает по 20 та блеток.
– Его осудили по статье «приготовление к преступлению и сбыт психотропного вещества в значительном размере», говорит адвокат Инна Бунтина. – Но это был не сбыт, это было пособничество в приобретении. А есть Постановление Пленума ВС РФ 2006 г., которое действовало на тот момент. И там действия посредника в приобретении наркотических средств следует квалифицировать как соучастие в приобрет ении.Ведь не не продавал свое вещество. Он на нем не заработал. Фактически, он съездил за ним как курьер. Причем, ранее na tak никогда не делал. Поэтому мы просили квалифицировать его действия по статье «пособничество в приобретении, хранение психотроп ного вещества без цели сбыта», а также учесть его раскаяние и чистосердечное признание. Но мы проиграли…
Арутюн пошел как наркоторговец i пополнил статистику раскрытия особо тяжких преступлений. А помните, там был Павел, к которому Арутюн ездил за веществом? Его даже не стали искать.
– Потому что «палочную» систему никто не отменял, – говорит адвокат. – Сбыт наркотиков реально существует. Но все, кого задерживают, это, по сути, наркоманы, которые спрашивают друг у друга: «У тебя есть? Знаешь, где взять – у меня канал закрылся». А работа оперативников по борьбе с наркотиками не меняется уже лет 20. Это уровень каменного века. Тут нет такого, чтобы установить слежку, поставить телефон подозреваемого на прослушку, раскручивать всю це почку. Потому что надо сделать очень много телодвижений. Надо написать много бумажек, пока одного настоящего сбытчика раскроешь.То ли дело с таким вот Димой работат ь: «Или я тебе сейчас положу на карман, или ты сдаешь кого-то». Результат-то один – «палка»…
– Новые сотрудники, которые приходят в полицию, очень быстро это всё понимают, – согласен с ней Сергей, ко торый тоже все понял, почему и ушел из органов. – Надо не работать, а «давать показатели». Поэтому высший пилотаж – сидеть весь день в кабинете и говорить, что «дозванивался». А потом добыть такого вот Арутюна…
Михаил Голиченко: «Так называемая «борьба с наркотиками» превращает полицию в гнилую тыкву»
Дело Арутюна Аразяна комментирует Михаил Голиченко, ведущий аналитик Канадской правовой сети по пробемам ВИЧСПИД.
– Что касается наркотиков, полиция в России фокусируется, в основном, на низшем уровне торговой цепочки, и э то связано с несколькими причинами. Во-первых, легкость выполнения показателей по тяжким и особо тяжким преступлениям. Реформа полиции изменила систему показателей, сократив их в целом. Однако она оставила в качестве основных показатели по тяжким и особо тяжким. И суровость наказания за наркопреступления делает их в этом смысле незаменимыmi: это Кlonдайк.
Второе – легкость раскрытия и расследования. Мелкий сбыт, совершенный потребителем наркотиков, не требует усилий. Другое дело – прекращение деятельности nastoящих преступных организаций. Их надо расследовать многие месяцы, а показатель в итоге тот же. Кроме того, дело о хранении при желании легко превращается в дело о сбыте группой лиц – было бы желание.
Еще важная вещь – особая стигма, которую государство усилило в отношении потребителей наркотиков. Благодаря ФСКН изменился фокус – с необходимости борьбы с наркоторговцами на необходимость искоренения с sprawa. Логика здесь такая: «Чем больше потребителей удастся убрать в колонии lub «побудить к лечению», тем боль ший урон будет нанесен наркомафии». В итоге если RANьше нормальному полицейскому было западло заниматься людьми с зависимостью, то теперь это вполне считается делом особой важности.
И последнее: отсутствие контроля за деятельностью полиции со стороны общественности, advokaturы, СМИ. Даже еaсли очевидно, что веле ыы откровенный подброс, либо полицейская провокацинвовunkcji fe оles (ломка) или того, кто согласил przykład «добровольно помочч полиции в сeniaшении złoty повокаśmy. Людям совершенно безразлично, как работает полиция по наркотикам. Потому что для большинства цель оправдывает средства, а наркоманов все равно за людей не считают.
Этот пример показывает, как tak называемая «борьба с наркотиками» развращает полицию, превращает ее в гнилу ю тыкву, которая еще хороша снаружи, но совершенно черная внутри. Государство обязано работать с наркозависимыми людьми социо-medyko-экономическими мерами. Но оно с этим не справляется, и его единственный ответ: "борьба", которая делает ситуацию только хуже, коррумп ирует полицию, растит цифры по ВИЧ, гепатитам, туберкулезу, тюремному населению и смертям. Я уверен, что Россия заслуживает того, чтобы работать с проблемами наркотиков европейскими методами.
