Камбоджа: История Пин

История Пин

Детство Пин прошло в разгар войны во Вьетнаме, а юность во времена ее последствий. Она приехала в Пномпень (Камбоджa) из Вьетнама, когда ей было 18. Пин и ее мать искали работу и лучшей жизни. В тот же год Пин вышла замуж. Два года спустя у нее родилась девочка, а спустя еще два года она снова забеременела. Это случилось как раз в тот момент, когда ее мужа послали в командировку в Тайланд. Во время поездки ее муж был убит в результате денежного спора с его партнeром по бизнесу, который сказал Пин, что ее мужа убили местные тайцы. C тех пор Пин никогда его больше не видела.

В скором времени Пин родила второго ребенка и провела следующие 11 лет воспитывая своих дочерей в Кандале (провинция недалеко от Пномпень). Вторым мужем Пин стал наркоман, который сидел на героине. Начало их совместной жизни было довольно тяжелым - им постоянно не хватало денег, чтобы платить за жилье, а иногда они оставались без еды - все это ради того, чтобы заплатить за наркотики для мужа.

После двух лет супружеской жизни они узнали, что у них будет еще один ребенок. Пин очень надеялась, что с рождением ребенка муж перестанет употреблять героин.
Однако, спустя несколько месяцев беременности ничего не изменилось. Несколько раз Пин видела, как ее муж брал спрятанные ею деньги, и это ее ужасно раздражало. Поэтому ее муж стал насильно делать ей инъекции героина несколько раз в день. Ко времени рождения сына она уже имела серьезную зависимость.

Когда теперь ее спрашивают, какие чувства она испытывает к мужу, Пин отвечает: "Я ненавижу его все больше с каждым днем. То, что он сделал со мной - непростительно, и теперь наши отношения построены только на наркотиках. Как только я брошу наркотики, я уйду от него".

Пин говорит, что ей совсем не нравится героин.  Она считает, что именно ее образ жизни и наркотическая зависимость заставили ее принять решение отдать ребенка на усыновление. Ее глаза наполняются слезами, когда она вспоминает, как много друзей у нее было до того, как она начала принимать наркотики. Но сейчас они не хотят ее знать, они осуждают ее за тот образ жизни, который она ведет, и даже не хотят смотреть ей в глаза.

Пин и ее семье было нечем платить за квартиру, так как все деньги уходили на наркотики, в результате, вскоре после рождения сына, их выселели. Так они оказались на улице Боенг Трабек.

Однажды, когда Пин разговаривала с одним знакомым наркоманом, к ней подошли полицейские и, не предъявив на то оснований, орестовали. Ее забрали в тюрьму Туль Супи. Пин описывает ее как "Тюрьма для попрошаек", это такая программа правительства Камбоджи – пребывание в «образовательном» лагере для бездомных. Однако, Пин говорит, что не получaла никакого образования, пока находилась там.

В первый же день в тюрьме Пин впервые узнала, что такое ломка. Когда ее после спрoсили, были ли у неe какие-нибудь лекарства, чтобы облегчить боль, она ответила: "Я бы попросила у кого-нибудь, но никого не было рядом." - "Не было охранников?" - "Нет, даже охранников не было. Только пастухи." - "Пастухи?" - " Да, это люди люди, которые следят, чтобы никто не украл их коров."

Дальнейшие распросы выявили, что Туль Супи является военным лагерем времен Красных Кхмеров и правительство Камбоджи решило переоборудовать его в "образовательный" лагерь для бездомных. В каждой из его комнат содержалось по 10 человек, которые спали на полу. "Там было очень много детей-сирот, 5-6 лет, а самому старому из нас было 70 лет"- рассказывает Пин.

Заключенных заставляли пить и мыться в тех корытах, которые использовались для коров. Выходить из камер можно было только один раз в день, чтобы поесть, помыться и попить. Их кормили мало - сухим рисом и гнилыми овощами, в которых иногда уже были черви.

На второй день пребывания в лагере, Пин немного замешкалась во время умывания. Пастухи избили ее палками и бросили обратно в камеру. Позже выяснилось, что они сломали ей руку, а травма позвоночника до сих пор заставляет ее хромать. 

Пин была в своей камере, когда она стала свидетелем того, как заключенная лет сорока билась об стены, крича и прося воды и еды. Охранники ворвались в камеру и стали бить ее дубинками, пока она не потерялa сознание. Потом они облили ее холодной водой и, когда она пришла в себя, они снова начали избивать ее до потери сознания, а потом утащили ее из камеры, якобы в больницу.

Пин былa шокирована увиденным, она поняла, что ее могут просто убить в Туль Супи. Так она приняла решение бежать. На следующее утро она вылезла через окно на крышу здания, перепрыгнула через окружающий его забор и побежала по дороге в сторону города, потом поймала мото-такси, водитель которого рассказал, что утром на обочине дороги около Туль Супи он нашел тело женщины, забитой насмерть до неузнаваемости. Всю дорогу в город Пном Пен Пин думала об этом случае, а когда они наконец приехали, она пошла искать себе героин.

Все это случилось за месяц до нашего с ней интервью. Пин потратила стипендию участника интервью на безопасное жилище. Она не знает, как дальше будет платить ренту за квартиру в $40USD. Сейчас она работает мусорщиком, собирает банки и бутылки на улицах и сдает иx по 3 цента за каждую в местный центр приема тары. Она планирует купить специальную тележку, изготовленную из дерева и клетки для кур на колесах для сбора тары, которая поможет ей собирать больше банок за один раз...  

Пин пытается бросить героин и снизила дозу с 4 доз до 2 в день. Она говорит, что могла бы бросить совсем, но не может спать без инъекции из-за ломки. Тем не менее, она собирается покончить с этим в течение месяца. Пин хотела бы пройти курс детокс (очистить организм), но воспоминания о Туль Супи слишком свежи, чтобы доверится государственным службам.

Пин уверена, что как только она бросит употреблять наркотики, ее уверенность в себе вырастет и она сможет начать карьеру где-нибудь и решит проблемы с жильем. До этого момента она хотела бы, чтобы люди принимали ее такой, какая она есть, и не осуждали за ее образ жизни или прошлое.

Эта история заимствована из  AT WHAT COST?: HIV AND HUMAN RIGHTS CONSEQUENCES OF THE GLOBAL “WAR ON DRUGS”