Война с наркотиками на Филиппинах: исповедь полицейского-убийцы

Офицер Национальной Полиции Филиппин (источник: Flickr)

Портал TalkingDrugs опубликовал серию материалов Бенедикта Вермтера, рассказывающих о реалиях войны с наркотиками на Филиппинах. Предлагаем сокращенную версию этой истории на русском языке. Оригинальные тексты на английском доступны по ссылкам Часть 1, Часть 2 и Часть 3

 

Родриго Дутерте говорит, что намерен искоренить зло на Филиппинах. Его полицейские казнят тысячи людей за нелегальные наркотики. Толпа ликует. Но не Нино Серрадо, офицер анти-наркотического подразделения из Манилы. Он переполнен чувством вины. 

Кто такой Нино Серрадо? 

Сейчас суббота. Мокрый пол, обнесенный колючей проволокой, и покрытый брезентом, чтобы соседи не услышали лишних звуков. Посередине устроена арена, покрытая искусственным ковровым покрытием. Садиться солнце и фасады соседних зданий блестять в его лучах, когда две дюжины мужчин с горящими глазами и сигаретами в уголоках рта сходяться сюда для проведения собачьих боев. Тренеры постукивают по полу ладонью, подбадривая своих псов: “Давай, вперед, вперед!”, “Молодец, Охотник. Хороший мальчик, Зло!”.

Это Нино Серрадо организовал собачьи бои, хотя ему как полицейскому, это и запрещено. С обеда в это место начинают сходиться один за другим его брат, его заводчик, парень, который занимается тренировкой собак, и другие. У Серрадо есть три питбуля и сегодня его собаки атакуют соседскую свору. Ставки сегодня не ставят, это тренировочный бой. Настоящие бои длятся около трех часом и если собака проирывает иногда ей дают умереть. Смерть вместо безчестия. 

Сегодня Нино Серрадо не пришел. У него сегодня другие дела. И настоящее имя его называть нельзя. У него в руках черный пакет со связкой в несколько тысяч песо и только несколько людей знают, где он и чем сейчас занят.  Сидит ли он в машине и смотрит как его коллега держит пистолет у виска наркодиллера? Или он в той же машине есть мороженое со своей дочкой? Нино Серрадо один из полицейских из анти-наркотического подразделения Манилы и он один из тех, кого подозревают в тысячах внесудебныых убийств, соверщенных на Филиппинах с начала войны с наркотиками. 

И вот пришел Дутерте

Манила, лето 2017 года. Днем город тонет в смоге. Тысячи работников кол-центров работают в небоскребах, а другая часть носит пластиковые шлепанцы и живет в трущобах. И вот приходит Родриго Дутерте. 

Сразу после назначения на пост Президента, он начинает операцию “Двустволка”, которую филиппинцы назвали Oplan Tokhang. Все, кто употребляет и продают наркотики, должны были зарегистрироваться. Дутерте приказал - они должны были прекратить употреблять наркотики. Они должны пойти лечиться вместо употребления или распространения наркотиков. Список этих людей был отправлен в Национальную Полицию. Полицейские пошли по трущобам. Они стучали в двери и проверяли прекратили ли употреблять те, кто был в списке. Начались первые смерти. 

Некоторые лежали в крови на улицах и картонными табличками “Я диллер”. Некоторых казнили дома, часто целыми семьями. За певые 6 месяцев было убито окло 7000 человек, половина из них погибла в результате полицейских операций. В случае с другой половиной, убийцы были неизвестны.

По правительственным данным, большинство филиппинцев употребляют Шабу, или же метамфетамин. По данным полиции, диллеры всегда открывали огонь по полицейским и тем приходилось стрелять в ответ. И всегда возле тел находили оружие и наркотики. Совпадение? Вначале полиция даже публично заявляла о каждом таком убийстве и даже приглашала журналистов на место преступления. Но это вскоре изменилось. 

Совет ООН по правам человека потребовал прекратить войну с наркотиками. В ЕС заявили, что торговля с Филиппинами слишком рискована. Правительство Дутерте не признавало обвинений, а данные о смертях были всего лишь «альтернативными фактами».  Убийства продолжались, а полиция начала скрывать свои действия. А больничная статистика из графы “застрелен” превратилась в  графу “мертв по прибытию”. 

Никто не могл точно сказать, кто убивал и зачем. Полиция? Наемники? Банды? Одно было точно: смерть пришла в трущобы. Так как и обещал Дутерте во время предвыборной гонки: “говорю вам филиппинцы, не голосуйте за меня, потому, что я буду кровавым”. Именно так он заигрывал с насильственной наркополитикой в августе 2015 года

Запах крови

Неделю спустя, опять суббота. Боковые улицы квартала красных фанарей. Здесь все знают Нино Серрадо. Это его королевство. Когда он проходит, никто не поднимает на него взгляд и не предлагает виагру. Его называют “сэр” или “босс”. Он поворачивает за угол, над ним висят тонны перепутанных кабелей. Он живет неподалеку. Посреди улицы на вертеле жарится свиная голова, все сидят вокруг на пластиковых лавочках. Трезвых здесь нет. 

“Садись друг, я буду тебя развлекать”, - говорит Серрадо. “Да, мы филиппинцы, любим драки. Не только петушиные или собачьи.” Сам Серрадо был уличным бойцом до работы в полиции. “Дутерте самый лучший президент.” А вокруг пахнет жаренными орехами и бренди. “Приходи к нам в участок, если ты готов к запаху крови, друг мой”, говорит Серрадо в какой-то момент. Он смеется и все смеются вместе с ним. 

Кажется он сжался

На следующий день Серрадо напивается в хижине с еще десятком братьев и родственников друга Марио. Никто не говорит по-анлийски. Мертвецки пьяный, Серрадо садится на руль и мы едем в ближайший ресторан. Там собрались его коллеги полицейские из соседнего антинаркотического отдела со своими женами.  Первый толстый в черной рубашке и шлепках, назовем его ПО1, второй - идиот с повязкой на лбу в голубой рубашке – ПО2. А между ними сидит небольшой человек с постоянным удивлением в глазах. Серрадо заказывает пиво на всех и через некоторое время они начинают говорить громче и быстрее. Женщины только слушают и смеются. 

ПО1 говорит по-английски: “Мы – Национальная Полиция, мой друг!”

ПО2 подключается: “Мы стучим, мы приежаем к тебе на мотоциклах и мы….” Он не говорит, но показывает жестом пистолетный выстрел на уровне глаз. 

ПО1 продолжает: “Иногда мы забираем их в участок. Когда с ними покончено, мы складываем тела на кучу высотой с пять автомобильных покрышек и сжигаем.” Его жена шипит на него и хватает за колено. Люди за соседним столиком замолкают. 

Серрадо вытаскивает деньги и заказывает еще еды, они говорят между собой по-филиппински.  ПО2 хлопает по плечу третьего человека, сидящего между ними: “Это наш водитель. Кузен моей жены.” Молчаливый человек говорит только одно слово “Слежка”. Он шпионит для этих двух полицейских. 

Серрадо прощается, он хочет домой, спать. Мы проезжаем семьи, которые укладываются спать на картонках на улице и перепуганных бродящих собак, ищущих еду. 

Пауза. Кажется в этот момент наш альфа-герой сжимается в своем кресле: “Я не горжусь тем, что мы делаем”, - говорит он. 

Полиция как фарс 

За границей многие выступают против кровопролития, устроенного Дутерте, но большинство филиппинцев обожают его. Наконец они видят человека, который борется с преступностью и олигархами. Вокруг наклейки на бамперы с именем Дутерте, браслеты, а в фойе отелей вас встречают картонные статуи Дутерте.  В 2017 году опрос общественного мнения показал 80% поддержку его политики. 

Дутерте был мэром города Давао более 20 лет – мегаполиса на острове Минданао, где он сумел с помощью банд наемников создать мини Сингапур. По некоторым данным, отряд наемников их Давао, убил около тысячи людей, подозреваемых в преступлениях.

По официальным данным, с 2016 года, когда Дутерте пришел к власти, около 1.3 миллиона человек здалось государству за употребление наркотиков. Но когда они приходят, ничего не происходит, так как в стране недостаточно программ реабилитации. “Власти не имеют терпения касательно программ реабилитации. Они ходят быстрых результатов. Но эту проблему нельзя решить по-другому”, -  говорит Гина Гечанова, профессорка психологии из Университета Манилы. Она говорит, что большинство наркозависимых не пребывают в критической зависимости и не требуют серьезного лечения, но их проблемы усиливаются из-за невежественной политики властей. 

Ее не слышат. Особенно бедное большинство филиппинцев, которое хочет чувствовать политику сегодня, не важно какой ценой. Они обменяли свою свободу на ощущение безопасности. Даже если никто не знает, в чьи двери завтра постучатся полицейские. 

Убийство не умирает 

Вечером Серрадо сидит дома в свой квартире. Высокие потолки, деревянные перекрытия. В гостинной плоский телевизор, компьютер. Он достает папки с документами. “Когда с был директором, мы организовывали “контрольные закупки”.  “У нас есть информация про всех диллеров на улицах. Мы подходим в штатской одежде. Один покупает Шабу, другие фиксируют покупку, а я сижу в машине и даю указания. А потом все начинается.”, -  рассказывает Серрадо. 

“Несколько недель назад мне позвонили среди ночи. Мои коллеги схватили наркодиллера, которого они выслеживали достаточно долго. Я должен был приехать оформить это дело. Но потом один из моих начальников присоединился ко мне и сказал - “Я его убью”. А я ответил “Зачем тогда вы меня с кровати поднимали?”. Серрадо начинает злиться, когда рассказывает об этом. Дутерте был его президентом. Да и его район тоже нужно было очистить. Но не такими методами. Он чувствует вину. 

После этого случая, у него начались проблемы со сном, а всю неделю он пил. Тогда он принял решение, что с него хватит. Он подал рапорт на прозождение курса обучения для старших офицеров полиции. Он был не первым, кто просил перевести его с его отдела. Сейчас он посещает курсы и надеется, что уже не вернется в свой отдел. 

“Что случится, если Дутерте не будет больше президентом? Начнется большое расследование. 

Правозащитные организации помогут вдовам и сиротам опознать убийц. А кто хочет быть убийцей? А убийство не умирает. Даже здесь на Филиппинах” 

 

Вечное туда-сюда

На Западе Дутерте считают полным идиотом или сумашедшим. Иногда он забывает слова, а иногда скрещивает руки и угрожает перед камерами. Но он умный стратег. Его политическая игра стара как мир – он распространяет страх. Филиппинцы в пластиковых шлепках испугались. Сейчас они ведут себя хорошо. Второй его трюк также известен мировой истории: он разделяет и натравливает группировки друг на друга. В бедных районах все воюют против всех. У правительства нет рецепта как победить бедность, поэтому, оно только смотрит, как бедные люди убивают друг друга. А Национальная Полиция за заднем плане, присматривает за порядком.  В результате, президент может себе позволить приостановить войну с наркотиками на Земле Дутерте. Так он теперь называет свою родину. 

В среду вечером Нино Серрадо приходит поздно в дом к родителям своей девушки Роззи. У него была тренинг по обеспечению безопасности во время демонстраций. Скоро по улицам его города проедет Дональд Трамп.  Серрадо допивает половину двух литровой бутылки бренди, а его семья сидит и слушает его как всегда. На заднем плане лают собаки, дети играют мусором на улице, рабочие строят дом между трущобами, сигналят на дороге автобусы и маршрутки. 

В какой-то момент Серрадо организовывает свом мысли, несмотря на бренди. Он стучит по столу и говорит: “В любом случае в нашей стране предстоят важные изменения. Наш президент прекратил войну с наркотиками, а я скоро получу звание старшего офицера полиции.”

Ему нужно спрятаться. Сначала на тренинге, потом в другом отделе. За налетом мачизма и алкоголя. Он застрял в коррупционной системе и вынужден быть трусливым. 

В начале 2018 года правительство заявило, что операция Oplan Tokhang – кровавая война с наркотиками – будет продолжена. Но на этот раз они сделают меньше ошибок. У людей из Земли Дутерте если присказка – “туда-сюда, вечное туда-сюда”. 

Несколькими неделями спустя, Нино Серрадо прислал сообщение – он сдал экзамен. Теперь от старший офицер полиции.