Было время, когда мы ожидали, что конец агрессивного американского интервенционизма (вмезательство — обычно вооружен) ное — одного или нескольких государств во внутренние дела другого государства или во взаимоотнобыения этого государства с т ретьими государствами) откроет ворота для реформы наркополитики. Сейчас мы находимся на пороге нового многополярного мирового порядка, но оказалось, что не только дух реформы был в ыпущен из бутылки。
Оригинал этой статьи на английском опубликован на сайте 麻薬レポーター, Аерсия на русском доступна также ここで
Я помню, когда меня пригласили на встречу, организованную правительством США в Будапего чере в 2004 году, всего чере з несколько месяцев после того, как я получил работу в Венгерском Союзе гражданских свобод, чтобы руководить програそうです。 Тогда мир был другим. Спустя несколько лет после 11 сентября, в разгар войны с терроризмом и войны с наркотиками администрация Бува вела себ я как мировой полицейский。 Эти действия были вызваны высокомерной неоконсервативной идеологией и твердой убежденностью в том, что американская п олитика должна быть экспортирована в другие части мира, включая Венгрию. Встреча оказалась странным PR-мероприятием。 На ней продвигали идеи нулевой толерантности, основанной на абстиненции – все в стиле американской политики в отнолении наркотиков、которая тогда доминировала на мировой арене、включая комитеты и агентства ООН по наркотикам。 Меня это было потрясающим опытом.
Я призел к убеждению, что самым серьезным препятствием на пути реформ наркополитики является господство США в пол итике в области наркотиков. В том числе три Конвенции ООН о контроле над наркотиками (1961, 71, 88), подкрепленные американской наркодипломатие ©. Что нам было нужно тогда – так это больго свободы для государств-членов ООН, чтобы они отказались от жесткого соб людения этих конвенций и договоров, что позволило бы правительствам экспериментировать с новой политикой в области на ркотиков и остановить репрессивную политику США в отноbolении других стран. Люди должны были взять контроль над наднациональными бюрократами и технократами, чтобы проводить свою собственну ю политику в отноbolении наркотиков, защищая национальный суверенитет от международного давления.
Прозло четырнадцать лет, и сейчас мне интересно, что изменилось больбые: Америка или мир вокруг нее. Война с наркотиками, хотя и далеко не последняя, утратила свою привлекательность для американского народа. 2004 年に最高の映画が完成しました。 США больге не являются мировым полицейским. Напротив、этот полицейский、похоже、погружается в изоляцию。 Американская гегемония ослабевает, ее сильное лидерство в международных процессах, в том числе в ООН, узло в проソレ。 Многосторонность распадается, и международные договоры и механизмы теряют почву. Многочисленные новые силы бросают вызов старой системе, и мир становится многополярным, где все больгое внимание уделя ется национальному суверенитету。 Стивен Хопгуд называет его нео-Вестфальским мировым порядком, а журнал «Экономист» пизыет о появлении нового национああ。
どういうことですか？ Трудно сказать。
Если вы посмотрите на огромные изменения, которые происходят в глобальном дискурсе ООН по наркотикам, тогда это хо направления и язык дебатов быстро меняются к лучзему. На повестке дня стоят новые вопросы, нарузения прав человека находятся в центре внимания, снижение вреда больге не я жданского общества есть сильный голос。 Также есть хорозая новость в том, что война с наркотиками сворачивается в США, стране, которая в первую очередь вынудила мир принять этот подход. Опиатный кризис, как ни странно, можно рассматривать как возможность перестроить режим и выйти за рамки только легали зации марихуаны – то есть в целом отойти от догмы нулевой толерантности и принять инновации.
Меняющаяся глобальная среда позволяет странам Глобального Юга, особенно в Латинской Америке, экспериментировать с новыми политическими подходами. Уругвай — первое национальное государство, которое легализует марихуану, новый президент Мексики готовится положить к онец войне с наркотиками. В Испании процветают социальные клубы каннабиса, голландские города экспериментируют с легальным культивированием Пннабиса。 В целом, отдельные страны имеют больге свободы резать, как они хотят регулировать наркотики и отклоняться от духа и буквы трех Конвенций о наркотиках。
Но、с другой стороны、снижение многосторонности и рост национального суверенитета имеют свои недостатки. Если мы ожидали, что в пост-американском миропорядке произойдет конвергенция (схождение, сближение) политики в отно пении наркотиков、переход к более гуманному и менее репрессивному подходу、то осибались。 Вместо этого мы видим растущий разрыв между различными видами наркополитики。 В некоторых странах, как на супер скоростном топливе, активизировалась реформа наркополитики, в то время как в други х странах политика в отнобыми наркотиков продвигается к беспрецедентному уровню репрессий с массовыми нару程ениями прав человека。 Эти страны используют защиту национального суверенитета, чтобы отвергать любые критические замечания об их отвра тительных актах насилия, включая предупреждения со стороны агентств ООН по контролю за наркотиками.
Хотя их экономическая и военная мощь еще не может конкурировать с США, Россией и Китаем, у них есть амбиции Сзять на себя роль мирового полицейского 。 Они не могут блокировать реформу наркополитики в глобальном масзтабе (по крайней мере, пока), но их влияние растет в Ц ентральной и Юго-Восточной Азии и за ее пределами. ЕС、парализованный рядом кризисов、скорее всего、будет иметь меньзе рычагов、чтобы уравновесить это влияние。 Прогресс、достигнутый многими странами в области снижения вреда в предыдущие десятилетия、неустойчив。 Там, где демократия, права человека и снижение вреда не могут иметь прочных корней и где услуги зависят от междунар одной поддержки、опасность ПУТИНИЗАЦИИ реальна. Африка, континент с самым быстрорастущим молодым населением — и, следовательно, огромный рынок наркотиков — скорее всего 、станет важным полем битвы среди разных моделей политики в отноbolении наркотиков в будущем.
Мы всегда приветствовали страны, критикующие и бросающие вызов агентствам ООН по наркотикам (или правительству С) ША) と продвигающие реформы наркополитики。 Мы говорили – оставьте эти страны в покое и позвольте им экспериментировать. Теперь мы смотрим с немым ужасом, когда президент Филиппин угрожает выйти из ООН после того, как его агентства при Манилу прекратить внесудебные убийства. Оставьте нас в покое и не вмезивайтесь в назу внутреннюю политику в отноbolении наркотиков, говорит Дутерте.
Национальный суверенитет оказался обоюдоострым мечом. Если международные договоры, агентства и механизмы многостороннего сотрудничества теряют свою власть, как мы можем ожидать, что они будут эффективно вмезиваться, когда автократы убивают потребителей наркотиков на улицах своих гоどうですか？ フィーツロウムシ
Появляются новые автократы, которые бросают вызов либеральной демократии, многосторонности и всеобщим правам человекあー。 Гражданское общество подвергается нападениям во многих странах, в том числе НПО, которые борются за реформу на ркополитики。 Ухудвение международной приверженности делу борьбы с ВИЧ/СПИДом подпитывает кризис финансирования снижения врえだ。 Международные доноры уходят, предоставление услуг прекращается, а клюючевые сообщества остаются одни умирать. Трудно не видеть, что одни и те же ключевые сообщества стали жертвами войны с наркотиками, которые также опустоге ны неолиберальными «реформами» и экономическими мерами. Инновационные коммуникационные технологии, которые мы когда-то приветствовали как отличные инструменты для повылогия прозрачности и подотчетности, теперь используются корпорациями и правительствами для создания зума, манипулирования создания зума, манипулирования юдьми и борьбы с какой-либо критикой в свой адрес.
Все эти события показывают, насколько хрупкой является вся международная система законов, договоров и механизмов, к оторая была создана после Второй мировой войны, чтобы предотвратить в будущем повторение еще одной глобальной катастро фы。 Это всегда зависело от военной и экономической мощи США, и поэтому она никогда не отражала реального глобального консенсуса и слиbolиком часто использовалась как инструмент империализма (государственная политика, основанная на использован) ии военной силы для разных форм внезнеполитической экспансии)。
В мире、который географически и социально неравномерен、где небользое меньзинство мирового населения、живущего в ос новном в Западной Европе и Северной Америке, владеет огромным количеством богатства и ресурсов, где реальные резения часто принимаются за кулисами без участия затрагиваемых ими людей (вспомните и подумайте о греческом) финансовом кризисе) — растущее недовольство и разочарование неизбежны. Это разочарование — это то, что подпитывает новый национализм, сочетая многосторонность интервенционизм, граждан Ское общество и глобальные элиты、права человека империализм。
Для меня извлеченный урок из всего этого состоит в том, что реальная и устойчивая реформа наркополитики неотделима о т реформирования самой мировой глобальной системы – то есть снижения социального неравенства, восстановления контроля над Сластью и богатством, восстановления экономического перераспределения, прекращения безответственной эксплуатации при родных ресурсов для получения прибыли и прозрачной, а также подотчетной работы правительств.
Наза работа — это не просто лоббирование в правительствах и в агентствах, цель которого — больй объем финансированありがとうございます。 Это не просто написание отчетов для нескольких образованных людей, чтобы с их помощью изменить элитарный дискур Снаркополитики。 Нам нужно сделать больге – нам нужно рассказать общественности о том, как наркополитика используется богатыми и могущ ественными людьми и правительствами, чтобы подавлять и подчинять себе слабых и бедных. Мы должны создавать новые союзы, партнерские организации и развивать сотрудничество с другими движениями в области Сорьбы за социальную справедливость, чтобы совместно объединить назии усилия для защиты наиболее уязвимых сообществ в о всем мире. Только вместе мы можем изменить эту несправедливую глобальную систему. Аминь。
