1. Главная
  2. Статьи
  3. Антон Басенко: «Я понимаю, насколько мне повезло, что я живу и могу доверять другим наркозависимым»

Антон Басенко: «Я понимаю, насколько мне повезло, что я живу и могу доверять другим наркозависимым»

Антон Басенко, украинский пациент программы заместительной терапии и специалист "Альянса Общественного Здоров'я" рассказывает о своем опыте употребления наркотиков и об украинской наркополитике.

- Прежде всего, хочу поговорить о терминологии. В СМИ сейчас активно замещают термины «наркоман» на «наркозависимый», «проститутка» на «секс-работница». Зачем это делают и поддерживают ли вы такое управление?

— Поддерживаю эти изменения и, более того, общаясь с медиа, я смотрю на том, чтобы термин «наркоман» был заменен на «наркозависимый». За последние годы среди обывателей, особенно в медиа, этот термин приобрел негативный окрас. Да, «наркоман» — медицинский термин, но с использованием слова «зависимость» сохраняется, что это выполняется, а не просто вовлечение к употреблению, и не несёт такого стигматизирующего и дискриминационного назначения.

Это интервью было впервые опубликовано на сайте Поговори со мной. Текст оригинальных статей доступен здесь

- Ваше выявление с наркотиками возникло в очень восприимчивом возрасте. Как вы думаете, почему?

— Это довольно сложная причина. В этой школе проблеме не уделялось достаточного внимания, и замалчивалась, а тот факт, что школьники употребляют то или иное вещество, приравнивалось чуть ли не к смертной казни. В подростковом возрасте человек жаждет экспериментов и не может адекватно воспринимать сообщения об угробленном здоровье и поломанном будущем. Плюс ко всему, в середине 90-х в Украине хлынули доселе невиданные наркотики – стимуляторы, синтетики. Они были довольно доступными, если знали, где часто. Целостные органы и близко даже не квалифицированные, как с работать. В компании я взял на себя роль лидера и первый экспериментировал с активами. Среди моих ровесников это было довольно распространено, и многих из них уже нет среди людей, к сожалению.

- Забегая немного вперед, какие профилактические меры среди школьников, на ваш взгляд, действительно эффективны?

— Адекватная профилактика в виде информационных занятий, когда в школу приходят люди с собственным опытом использования и говорят о себе. Также показ видеоматериалов, отработанных идей. Видеоматериалы с неправильно расставленными акцентами имеют обратный эффект и вызывают интерес у ребенка. Многие культовые фильмы, вроде «На игле» для моего поколения, становились альтернативными мотиваторами для очередных проб. Но я все же считаю, что сегодня, в век информационных технологий, школы должны соответствовать высоким требованиям. За всем этим должна стоять еще и государственная политика, потому что разногласия избирательных школ или учителей, которые безусловно, приветствуются, недостаточно для воспитания подрастающих слоев населения.

- Как быстро человек начинает тянуть на дно после употребления наркотиков?

— Это зависит от распределения случаев: от употребления наркотиков, от употребления наркотиков, от употребления наркотиков и от большого количества финансовых состояний. Именно возможность долго и беспроблемно покупать себе необходимые вещества удерживает человека в твердой уверенности, что он может в любой момент бросить. Как только потребление начинает входить в конфликт с чувством удовлетворения, начинаются проблемы. Если речь идет об опиатах, героине или «ширке», то оказывается, что в ситуации, когда денег нет и начинается «ломка», человек начинает выносить вещи из дома, а потом и воровать. В моем случае это стало реальной проблемой спустя 4 года после начала обращения с наркотиками вообще и спустя 2 года после обращения с наркоманией. У многих людей этот процесс намного более стремительный. Когда ты живешь с ломками, скрыть их почти невозможно – начинаются пропуски на работу, срывы проектов и человек идет по наклонной.

- Что такое «ломка»?

— Что было всем понятно, можно сравнить это состояние с симптомами наивысшего комфорта, помноженного на аллергию и какие-то невралгические заболевания. Перетерпеть ломку можно, но безудержное желание употребления будет возникать все-равно. Надо понимать, что это большой стресс для организма и многие, особенно те, которые давно принимают наркотики, которые принимают его просто не пережить из-за того, что организм очень ослаблен и за годы стажа приобретает множество заболеваний. Также «ломку» нельзя терпеть беременным женщинам – для них очень важно в этот период постараться попасть в программу заместительной терапии.

— Каковы последствия наркотиков, с чередованием вам в конце концов столкнуться?

— Я потерял большую часть жизни в плане времени и потерял много здоровья, которые уже вряд ли могут быть реализованы и полностью реабилитированы, хотя и делают для этого все возможное. Если говорить более конкретно, то следует принимать медикаментозную поддержку печени, я буквально на днях начал лечение Гепатитом с специально рекомендованными для Украины препаратами – не вредными, как старые лекарства. К счастью, теперь этот диагноз не звучит как приговор и за три месяца можно вылечиться. Я бы предпочел занятия каким-то видом спорта. У меня из-за отравления появились проблемы невралгического характера, и теперь они слушаются не все пальцы на руках, но я могу это сделать. Пусть это даже и пешие прогулки. Вообще, слава богу, что я еще жив – с этой мыслью я каждый день просыпаюсь.

- Ценность жизни приобретена иной вес?

— Да. Как я уже говорил, многих из тех, с кем я употреблял, уже нет в людях. Со смертью каждого из них я все больше читаю ценить жизнь. Некоторых из моих товарищей мне, к счастью, удалось воплотить в программу ЗПТ (заместительная поддерживающая терапия – прим. ред.) и такие маленькие победы только укрепляют желание жить. С другой стороны, я думаю, что не стоит ни о чем жалеть в жизни. И если я остался жив, значит у бога есть на меня какой-то план.

- У вас на каком-то мероприятии ВИЧ. Как вы приняли такой удар?

— ВИЧ у меня обнаружен в одном из быстрых тестов, которые используются в программе профилактики ВИЧ, которую рекомендуют Альянс общественного здоровья. Наркозависимые обычно сами не идут в клиниках для проверки – боятся учреждений здравоохранения, не очень далеко ехать, боятся ООН. Суть в том, что сотрудники сами выезжают на те места, где происходит употребление и продажа наркотиков, и вызывают быстрые скрининговые проверки среди наркозависимых. Но по законодательству такие тесты не являются основанием для установления диагноза, поэтому требуется дополнительный анализ в центре СПИДа или где-то еще. Так, в очередной день я пришел за чистыми шприцами и мне предложили пройти тест, который дал положительный результат. Мне тогда сказали, что это не полученный результат и в каком-то смысле не соврали. Окно между быстрым анализом и его подтверждением самое страшное с точки зрения возможности применения других или оценки суицида. К счастью, у меня оно было не очень долгим. Диагноз мне подтвердили, и вот началось самое первое. Я почему-то решил, что у меня есть конкретный срок, как у смертельно больных и начал безудержно употреблять. Это, кстати, серьезная тема для специалистов, ведь такой диагноз подталкивает людей к множеству бездумных поступков. Слава богу, рядом со мной была девушка, которая меня очень поддержала. У него тоже обнаружен этот диагноз. В семье я тоже не натолкнулся на отторжение. Это меня, наверное, и уберегло от петель или передозировки. У наркозависимых даже есть решение, как «золотой укол» — это когда человек заведомо делает себе большую, чем нужно, дозу, чтобы умереть в «кайфе».

- Помогало ли вам лечение в реабилитационных центрах и как в последствии вы участвовали в программе ЗПТ?

— В случае необходимости лечение не использовалось. Как только я вышел из реабилитационного центра, я снова начал употреблять. Курсы детоксикации и перспективы работы с психологом тоже не вспомогательные. На тот момент о программах ЗПТ мы слышали только от далеких знакомых, которые были где-то заграницей. И вдруг мой товарищ рассказывает мне о том, что в Киеве запустилась подобная программа и он набрал 30 счастливчиков. Не буду скрывать – я считаю себя счастливым человеком. Мне не только удалось попасть в программу, но и в ее жизнь. Это очень важно, ведь если один лечится, а второй продолжит употребление, это заведомо провал. Меня привезли друзья на такси, потому что с ногами тогда была беда и я почти не мог ходить. С врачом у нас состоялся очень откровенный разговор, и я попал в программу. Так и рейтинг кардинальный поворот в моей жизни. Правда, справедливость стоит отметить, что по пути был и отрицательный отрезок. Пилотный проект программы не смог плавно перейти на постоянную основу и препараты, которые нам выдавали с долгосрочной перспективой, через полгода просто закончились. Тогда я опять пустился во все тяжкие и полтора месяца страшно употреблял. За полгода пилотного проекта очень резко начались позитивные изменения в моей жизни – я вернулся в семью, восстановил общение с друзьями, начал думать о работе. И тут, на волне подъема, мне сообщают, что программа задержания и легких приходится терпеть. Это был удар. Слава богу, что потом программу восстановили и у меня получилось довершить начатое. Сейчас, к сожалению, мы попадаем в шаг от цели. Государство за все время не собирало ни копейки на препараты для 9 тысяч участников. Всемирный фонд борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией. Если государство не выполнит обязательства перед государством, а речь идет о смешных 600 тыс. Украина рискует остаться без общей поддержки фонда в размере 27 млн. долларов.

- Отношение к людям у вас стало более лояльным спустя годы?

— К людям я всегда относился лояльно, в том числе и к желанию экспериментировать с радиоактивными веществами. предполагаемые эксперименты будут получены 5-7 тысяч лет назад и, вероятно, пока живо возможно, люди будут потреблять психоактивные вещества с той или иной целью. Это надо понять и принять.

- Как вы относитесь к легализации марихуаны?

— Абсолютно нормально. Я вообще очень поддерживаю такой подход. Также возможен вариант, когда государство жестко регулирует эту сферу. Опыт стран, которые идут в этом приложении, показывает, что всплеска активности марихуаны не наблюдалось. Это касается и Голландии, в которой такой подход не привел к привлечению наркозависимых в стране. В том числе и среди подростков. Также следует разделить понятие легализации и декриминализации. При декриминализации марихуаны, если у человека находят количество вещества для личного употребления, криминальная ответственность не наступает. Легализация – понимание более сложного и представляет собой полное разрешение вещества без ограничений по количеству. Если говорить об опасности марихуаны, то существует целый ряд исследований, в которых она занимает значительно более низкое место, чем тот же алкоголь, опасность, которая, как в социальном, так и медицинском плане, оценивается на первом месте.

- Как АТО развивается в ситуации с наркотиками в Украине?

— К нам приходят болезни на горячую линию от людей, которые возвращаются из зоны АТО с зависимостью от Налбуфина. Сам по себе этот препарат является вызывающим и широко используемым в военных условиях. Также, приемлемой частью неконтролируемой границы, к нам хлынули вещества, которых раньше в регионах не было. Эти территории стали черной дырой не только для наркотиков, но и для ворованных автомобилей и оружия.

- Как правило, это большая проблема, связанная с кустарными наркотиками в Украине?

— Такая проблема есть. Говоря об «аптечных» наркотиках, то такая волна пришла к нам из России и, в основном, популярных в регионах и мелких городах, где доходы населения невелики. Именно из-за своей дешевизны и доступности в Европе – есть аптеки, которые просто не соблюдают нормы продажи препаратов, содержащих кодеин, в одних руках, ребята очень быстро себя убивают. От употребления «Крокодила», или как его еще называют – «годишка», люди умирают через год. Но при этом я прошу не демонизировать кодеинсодержащие препараты, которые для обычных украинцев все ещё являются необычными препаратами при возникновении симптомов и заболеваний. Это опять таки вопрос государственной наркополитики.

- Расскажите о программах Альянса общественного здравоохранения в Украине.

— Если говорить об основной активности, то мы являемся представителями национального противодействия ВИЧ СПИДу и туберкулезу в Украине. Мы занимаемся профилактикой и другими заболеваниями (вирусные гепатиты, заболевания, передающиеся половым путем) среди социально уязвимых групп – мужчин, которые практикуют секс с мужчинами, наркозависимыми, секс-работницами. Мы пробуем заниматься подростками-наркозависимыми до 18 лет. В этом возрасте можно успеть выловить человека и предостеречь его от последствий. Как международная организация мы работаем в 41 стране мира. Это если очень кратко.

- Чувствуется, что вы увлечены своей работой. Когда вы встретите себя человеком после пережитого?

— Да. Когда я оглядываюсь назад, то понимаю, насколько мне повезло, что я жив и теперь могу помочь другим девочкам, кто оказался в вероятной ситуации.

предыдущий пост
Может ли Перу способствовать развитию печально известного региона выращивания коки?
Следующий пост
Украина обеспечение государственного финансирования заместительной терапии

Дополнительный контент

Украинские потребители опиатов: российское вторжение серьезно нарушило доступ к наркологическим услугам

Около 317,000 14,868 украинцев регулярно употребляют инъекционные наркотики, такие как героин. По состоянию на январь XNUMX XNUMX из них получали замещающие опиаты, такие как метадон…